Постановка на СОП: конвейер работает, но проблемы не решаются

801 sop

В 2004 году Министерством образования Республики Беларусь была утверждена Инструкция о порядке выявления и учета несовершеннолетних, нуждающихся в государственной защите, которой были определены критерии признания детей находящимися в социально-опасном положении. Спустя два года был принят Декрет Президента № 18 «О дополнительных мерах по государственной защите детей в неблагополучных семьях», который предусматривает отобрание детей, находящихся в социально опасном положении, у их родителей. Рассмотрим, как выглядит данная процедура сегодня.

Как происходит постановка на СОП

Сегодня в белорусских школах в воспитательных целях задействуется превентивный механизм. Он выражается в осуществлении внутришкольного контроля. Для его проведения составляется список детей, за которыми устанавливается определенный контроль. Зачастую этот список используется лишь как инструмент определенного воздействия на детей, хотя на самом деле никакой юридической силы он не имеет.

В данном случае учителя должны установить более тесный контакт с семьей ребенка. В этом, безусловно, есть определенный положительный момент, поскольку для квалифицированного выполнения своей работы педагог должен регулярно посещать семью ребенка, удостовериться, что ребенок проживает с родителями, установить с членами семьи доверительные отношения.

Если же учитель выясняет, что в семье есть какие-то проблемы, он должен донести эту ситуацию до психолога. В таком случае психолог должен провести беседу. В то же время официально психолог может провести беседу только по запросу. И если родители не сочтут нужным общаться с психологом, то он ничего предпринять не сможет.

Несколько лет назад в школах ввели понятие социального расследования. Если раньше на признание детей находящими с социально опасном положении уходило примерно три дня, то теперь на социальное расследование дается до двух недель.

Поводом для начала социального расследования, как правило, является поступление сигнала из одного из ведомств: милиция, ЖЭУ, травмпункт и т.п. Возникающая ситуация должна расследоваться внутришкольной комиссией. В эту комиссию входит директор (который ее возглавляет), социальный педагог, педагог-психолог, классный руководитель.

Социальное расследование проводится по определенному образцу. В процессе его проведения изучаются условия проживания детей, оценивается их здоровье, сложившиеся навыки, опрятность и уровень их развития. Кроме того, оценивается материальное состояние и образ жизни родителей. После этого — уровень рисков, которым могут быть подвержены дети, и принимается решение о целесообразности или нецелесообразности ходатайствования перед педагогическим советом о признании детей находящимися в социально опасном положении.

Признание детей находящимися в социально-опасном положении — это официально запротоколированная позиция, которая ведет к созданию комиссии, наделенной полномочными правами на осуществление периодических проверок данной семьи. Проверки проводятся по установленному графику, который не сообщается проверяемым семьям. По результатам проверок составляются соответствующие акты. С определенной периодичностью собирается также совет профилактики.

Для детей, признанных находящимися в социально опасном положении, составляется межведомственный план работы. Этот план подписывается заместителем главы районной администрации. Для составления плана работники школы обращаются в Центр социального обслуживания населения с целью выяснить, какие мероприятия там могут предложить. Здесь могут оказать психологическую помощь в том случае, если родитель посчитает, что это им нужно.

Таким образом, в настоящее время воспитательный процесс выстроен в длинную цепочку, в которую вовлечены различные структуры помимо школы. К сожалению, ни одно звено в цепи межведомственного взаимодействия при разборе конкретных случаев не ставит перед собой задачи разобраться в проблеме и реально оказать помощь ребенку.

Конвейер работает, но проблемы не решаются

Декрет № 18 в отдельных случаях может функционировать эффективно. Но так происходит только в тех редких случаях, когда работники исходят не из позиции «задавить», а из позиции «помочь».

Средняя школа является частью системы образования. Поэтому она в первую очередь выступает инструментом донесения до детей знаний. Непосредственное же воспитание — это удел родителей. Задача родителя состоит в том, чтобы увидеть индивидуальность ребенка и раскрыть ее. Однако сегодня очень большая проблема состоит в том, что многие люди просто не знают, что такое воспитание ребенка. Это в равной степени относится как к родителям, так и учителям.

Ведь любой ребенок, совершая какое-то правонарушение, не обладает достаточными знаниями о возможных последствиях. Родители же зачастую не могут ему в этом помочь из-за отсутствия должного уровня доверия и взаимопонимания. А школа также не в состоянии оказать должную помощь всем нуждающимся в связи с ограниченностью ресурсов. Сегодня в школах Гомеля примерно на 500 учеников приходится всего два работника: социальный педагог и педагог-психолог. И среди всех учеников школы обязательно найдутся несколько таких, которые будут объективно нуждаться в психологической помощи.

Те же центры социального обслуживания включают в себя всего два психолога на район, где проживают около сотни тысяч людей.

Еще одной большой проблемой является то, что сегодня на педагогические специальности набирают по остаточному принципу. Обучение психологов также идет лишь на уровне теории: определения, цели, задачи, классификации. Однако нет разбора реальных жизненных ситуаций. Отсюда мы имеем низкий уровень профессиональной подготовки учителей, психологов. С этим багажом специалисты приходят работать в школу, где их ждут сотни детей с индивидуальными жизненными ситуациями.

В школе на педагогов и психологов вешают множество обязанностей, которые непосредственно не связаны с их квалификацией. Специалисты нагружены обилием работы: ведение статистики, социального паспорта школы, участие в разработке плана по воспитательной работе, семинарах и т.д.. В реальности же все это охватить невозможно, поскольку на это требуется очень много времени. На качественную индивидуальную работу со стоящими на учете учащимися и их семьями просто не остается времени. Такая работа воспринимается как «обязаловка», поскольку в большинстве случаев психолог ничем помочь не может. Эта работа дополнительно не оплачивается, поскольку входит его в профессиональные обязанности.

В результате школы больше заботятся о рейтингах, дипломах, самодеятельности, количестве сданной макулатуры. На решение реальных проблем детей времени не остается. В результате сотрудники превращаются из психологов в клерков, обслуживающих существующую систему.

А система эта — безжалостна. Заместитель главы администрации отчитывает директора школы, директор давит на учителей, а учителя в свою очередь переводят негатив на детей и их родителей. Цепочка эта никогда не разрывается, но истинной мотивации в этом нет.

И администрации школы, и учителям руководство не дает альтернативы, зажимают их в жесткие рамки: «вы должны ответить за это». Поэтому педагогам проще держать детей и их родителей в страхе постановки на учет и наказывать морально.

Педагоги могут отчитывать родителей в присутствии детей, что делать ни в коем случае нельзя, поскольку тем самым «обезличивается» авторитет родителей. Многие думают, что их должность дает им власть. Но это не власть, это лишь полномочия, однако люди очень часто это не различают. Все это приводит к тому, что дети и их родители перестают обращаться за помощью психологов даже тогда, когда еще можно помочь.

В результате выстроилась деструктивная система, которая перемалывает специалистов как жернов. Как итог — квалифицированные специалисты уходят из сферы, потому что не видят здесь перспектив.

Внутри остаются только те, у кого жизненный сценарий соответствует системе. На первый план выходит умение прогибаться, не проявлять индивидуальность, не иметь собственного мнения. В такой ситуации наверняка большинство руководителей не счастливы и в личной жизни, поскольку их потребности подменены и они не имеют понятия о реальном жизненном благополучии. Ситуация является тупиковой, поскольку именно эти люди диктуют жизненные установки тем, кто от них зависит.

Дети в свою очередь живут в системе, где все ими стараются манипулировать и не дают свободы выбора.

Выводы

Для того, чтобы произошли позитивные изменения, нужно изменить подходы к работе школьных психологов. Квалифицированный психолог должен уметь различать личное и профессиональное отношение к проблеме ребенка. Ведь первостепенная задача психолога — защита прав детей. А это, в первую очередь, возможно через принятие его интересов.

Повышение качества работы психологов, безусловно, сложная задача, на решение которой потребуется не один год. Чтобы что-то начало изменяться уже сейчас, психологические знания необходимо преподавать детям в виде уроков. Это поспособствует осмыслению психологических проблем не только детьми, но и педагогами.