Наша аналитика :: Право

Общим правилом является нахождение человека на свободе, удержание под стражей должно являться исключением

1 марта 2007 года в Республике Беларусь вступил в силу процессуально-исполнительный кодекс об административных правонарушениях, статьей 8.4. которого установлены сроки административного задержания физического лица до рассмотрения его дела в суде.

 

В частности, на национальном законодательном уровне закреплено, что административное задержание физического лица, в отношении которого ведется административный процесс, может длиться 72 часа (трое суток) за совершившее административного правонарушения, за которое в качестве административного взыскания предусмотрены административный арест, депортация.

Наличие в национальном законодательстве Республики Беларусь подобных предписаний на практике приводит к нарушению права на свободу и личную неприкосновенность, гарантированные не только статьей 25 Конституции, но и рядом международных договоров.

По сложившейся практике, сотрудники милиции повсеместно злоупотребляют правом на административное задержание физических лиц, использую при этом лишь только предписание административного законодательства. Как правило, в случае таких задержаний, сотрудники милиции не обосновывают цели, для достижения которых они задерживают и помещают до суда в изолятор временного содержания то или иное физическое лицо.

Даже после того, как сотрудники милиции установят личность задержанного по имеющемуся паспорту, убедятся в том, что задержанный имеет постоянное место жительства, составят протокол об административном правонарушении, тем не менее, задержанного помещают до суда в изолятор временного содержания. Особенно активно такие меры применяются к общественным и политическим активистам, задержанным по подозрению в совершении того или иного административного правонарушения, за которое разумеется в качестве ответственности предусмотрен административный арест.

В результате, складывается ситуация, когда например, тот или иной активист, отсидевший до 72 часов (до трех суток) в изоляторе временного содержания лишь только по субъективному усмотрению сотрудника милиции впоследствии в суде в качестве меры административного взыскания получает административный штраф, а вот вопрос его фактического внесудебного ареста остается не разрешенным.

Считаю, что любой внесудебный арест либо административное задержание в глазах объективного наблюдателя всегда должны являться разумными и необходимыми в конкретных обстоятельствах, и кроме того являться совместимыми по отношению к уважению права каждого на свободу и личную неприкосновенность, на презумпцию невиновности. Административное задержание может считаться обоснованным в обстоятельствах, лишь только когда соответствующее лицо представляет собой явную и серьезную угрозу обществу, степень которой невозможно снизить каким-либо иным образом.

Надеюсь, нижеприведенный анализ норм национального законодательства, регулирующего порядок административных задержаний физических лиц, а также норм международного права поможет каждому административно задержанному лицу эффективней защитить свое право на свободу и личную неприкосновенность.

Соотношение национального законодательства и общепризнанных принципов международного права

В соответствии со статьей 8 Конституции, Республика Беларусь признает приоритет общепризнанных принципов международного права и обеспечивает соответствие им законодательства.

К общепризнанным принципам в сфере обеспечения прав и свобод человека принято относить те, которые содержатся в важнейших международно-правовых актах, составляющих Билль о правах, в том числе, в Международном пакте о гражданских и политических правах.

Согласно статье 21 Конституции, государство гарантирует права и свободы граждан Беларуси, закрепленные в Конституции, законах и предусмотренные международными обязательствами государства. Международный пакт о гражданских и политических правах является международными договором Республики Беларусь.

Согласно Закона «О международных договорах Республики Беларусь», нормы права, содержащиеся в международных договорах Республики Беларусь, являются частью действующего на территории Республики Беларусь законодательства, подлежат непосредственному применению, кроме случаев, когда из международного договора следует, что для применения таких норм требуется принятие (издание) внутригосударственного нормативного правового акта (статья 33).

Исполнение международных договоров Республики Беларусь осуществляется в соответствии с Конституцией Республики Беларусь, общепризнанными принципами международного права, Венской конвенцией о праве международных договоров (статья 3).

Венская конвенция устанавливает принцип обязательности и добросовестности выполнения международного договора его участником, а также содержит норму о том, что «участник не может ссылаться на положения своего внутреннего права в качестве оправдания для невыполнения им договора» (статьи 26, 27).

Процессуально - исполнительный кодекс Республики Беларусь об административных правонарушениях устанавливает, что его нормы основываются на Конституции Республики Беларусь и общепризнанных принципах международного права. Если вступившими в силу международными договорами Республики Беларусь предусмотрены иные правила, чем те, которые установлены Кодексом, применяются правила международных договоров (статья 1.1.).

Из приведенных норм следует, что в Республике Беларусь на конституционном и законодательном уровне закреплено:
-    нормы международных договоров, в частности Международного пакта о гражданских и политических правах являются частью правовой системы Республики Беларусь и могут применяться непосредственно;
-    нормы Международного пакта о гражданских и политических правах как международного договора обладают более высокой юридической силой по сравнению с внутренним законодательством.

Это означает, что государственные органы и должностные лица должны применять нормы Международного пакта о гражданских и политических правах при разрешении конкретной правовой ситуации (что вытекает из их обязанности действовать в пределах Конституции и принятых в соответствии с ней актов законодательства – статья 7 Конституции Республики Беларусь). Кроме того, индивид вправе ссылаться на эти нормы при защите права, что еще более обосновано в том случае, если внутреннее законодательство либо правоприменительная практика не соответствуют международному договору.


Право на свободу и личную неприкосновенность в международном праве

Статья 9 Международного пакта о гражданских и политических правах

Каждый человек имеет право на свободу и личную неприкосновенность. Никто не может быть подвергнут произвольному аресту или содержанию под стражей. Никто не должен быть лишен свободы иначе, как на таких основаниях и в соответствии с такой процедурой, которые установлены законом.
Каждому арестованному сообщаются при аресте причины его ареста и в срочном порядке сообщается любое предъявляемое ему обвинение.
Каждое арестованное или задержанное по уголовному обвинению лицо в срочном порядке доставляется к судье или к другому должностному лицу, которому принадлежит по закону право осуществлять судебную власть, и имеет право на судебное разбирательство в течение разумного срока или на освобождение. Содержание под стражей лиц, ожидающих судебного разбирательства, не должно быть общим правилом, но освобождение может ставиться в зависимость от представления гарантий явки на суд, явки на судебное разбирательство в любой другой его стадии и, в случае необходимости, явки для исполнения приговора.

Каждому, кто лишен свободы вследствие ареста или содержания под стражей, принадлежит право на разбирательство его дела в суде, чтобы этот суд мог безотлагательно вынести постановление относительно законности его задержания и распорядиться о его освобождении, если задержание незаконно.
Каждый, кто был жертвой незаконного ареста или содержания под стражей, имеет право на компенсацию, обладающую исковой силой.

Статья 5 Европейской Конвенции о защите прав человека и основных свобод

Каждый человек имеет право на свободу и личную неприкосновенность. Никто не может быть лишен свободы иначе, как в следующих случаях и в порядке, установленном законом:
а) законное содержание лица под стражей на основании признания его виновным компетентным судом;
b) законный арест или задержание лица за невыполнение законного решения суда или с целью обеспечения выполнения любого обязательства, предписанного законом;
с) законный арест или задержание лица, произведенные с тем, чтобы оно предстало перед компетентным судебным органом по обоснованному подозрению в совершении правонарушения или в случае, когда имеются основания полагать, что необходимо предотвратить совершение им правонарушения или помешать ему скрыться после его совершения;
d) задержание несовершеннолетнего лица на основании законного постановления для воспитательного надзора или его законное задержание, произведенное с тем, чтобы оно предстало перед компетентным органом;
е) законное задержание лиц с целью предотвращения распространения инфекционных заболеваний, а также душевнобольных, алкоголиков, наркоманов или бродяг;
f) законный арест или задержание лица с целью предотвращения его незаконного въезда в страну или лица, против которого предпринимаются меры по его высылке или выдаче.   

Каждому арестованному сообщаются незамедлительно на понятном ему языке причины его ареста и любое предъявленное ему обвинение.
Каждое арестованное в соответствии с положениями пункта 1 (с) данной статьи лицо незамедлительно доставляется к судье или к другому должностному лицу, уполномоченному законом осуществлять судебные функции, и имеет право на судебное разбирательство в течение разумного срока или на освобождение до суда. Освобождение может ставиться в зависимость от предоставления гарантии явки в суд.   

Каждому, кто лишен свободы вследствие ареста или содержания под стражей, принадлежит право на разбирательство, в ходе которого суд безотлагательно решает вопрос о законности его задержания и выносит постановление о его освобождении, если задержание незаконно.
Каждый, кто был жертвой ареста или содержания под стражей, произведенных в нарушение положений данной статьи, имеет право на компенсацию, обладающую исковой силой.

***

Как видим, и Международный пакт о гражданских и политических правах и Европейская Конвенция о защите прав человека и основных свобод устанавливают, что вопросы задержания и заключения под стражу должны проходить строго в соответствии с национальным правом. Поэтому нарушение национального законодательства при административном задержании будет всегда являться одновременным нарушением Конвенции и Пакта.

Практика Европейского суда по правам человека свидетельствует, что понятие «лишение свободы» более широкое, нежели заключение лиц под стражу. Это означает, что лишением свободы для Европейского Суда по правам человека будет являться и такое действие, которое по национальному праву как таковое не квалифицируется, например, «вызов на разговор» в прокуратуру или к следователю, которые никак процессуально не оформляются, но в результате которого человек фактически оказывается заперт в кабинете следователя.

Задержание, арест, заключение под стражу и содержание под стражей, несмотря на их процессуальные различия, по сути есть лишение свободы. В связи с этим Европейский Суд по правам человека, отмечая при толковании соответствующих положений Конвенции, что лишение физической свободы фактически может приобретать разнообразные формы, не всегда адекватные классическому тюремному заключению, предлагает оценивать их не по формальным, а по сущностным признакам, таким как принудительное пребывание в ограниченном пространстве, изоляция человека от общества, семьи, прекращение выполнения служебных обязанностей, невозможность свободного передвижения и общения с неограниченным кругом лиц (дело "Лоулесс (Lawless) против Ирландии".

Нарушение права на свободу и личную неприкосновенность, закрепленного как на уровне международных стандартов, так и на национальном уровне, в правоприменительной практике Республики Беларусь выражается в отсутствии таких обоснований при применении административных задержаний физических лиц, как необходимость, оправданность, целесообразность и разумность. В результате, административное задержание широко применяется лишь только на основании предписаний национального законодательства, поскольку всегда оценивается обстрактно, без учета конкретных обстоятельств каждого дела, презумпции невиновности физического лица.

И хотя практика Комитета ООН по правам человека по белорусским делам пока не знает случаев, когда бы административное задержание физического лица признавалось нарушением положений статьи 9 Международного пакта о гражданских и политических правах, вместе с тем, имеется ряд уголовных дел, в которых установлены нарушения прав на свободу и личную неприкосновенность белорусских граждан.

При подготовке обращений в Комитет ООН по правам человека необходимо учитывать, что по жалобам белорусов уже дважды рассматривались дела, связанные с ограничением в уголовных процессах прав, гарантированных статьей 9 пакта. В этих делах Комитет констатировал, что действующий в соответствии с требованиями УПК Республики Беларусь порядок избрания меры пресечения в виде заключения под стражу, постановлением следователя и санкционируемым прокурором, а также иными лицами, является нарушающим требования п. 3 статьи 9 Пакта.

Так в соображениях по делам №1100/2002 (Бандажевский против Беларуси) и №1178/2003 (Сманцер против Беларуси) КПЧ посчитал, «что для надлежащего осуществления судебных полномочий необходимо, чтобы они осуществлялись органом, являющимся независимым, объективным и беспристрастным по отношению к рассматриваемым вопросам. В обстоятельствах настоящего дела Комитет не удовлетворен тем, что государственный прокурор может считаться лицом, имеющим необходимую институциональную независимость и беспристрастность, чтобы считаться "должностным лицом, которому принадлежит по закону право осуществлять судебную власть", по смыслу пункта 3 статьи 9».

Иными словами, в случае подачи жалобы по факту административного задержания по подозрению в совершении правонарушения того или иного гражданина и помещения его до суда в ИВС, такая жалоба имеет весьма большие шансы на установление нарушения статьи 9 пакта, поскольку сотрудники милиции также как и прокурор не могут считаться «должностными лицами, которым принадлежит по закону право осуществлять судебную власть».

Комитет ООН по правам человека сформировал устойчивую правовую практику, согласно которой содержание под стражей должно быть не только законным, но также разумным, и необходимым во всех отношениях, например, чтобы не допустить побег, манипуляций с доказательной базой или совершение новых правонарушений.    

Национальное законодательство, ведущее к ограничению права на свободу и личную неприкосновенность в административном процессе

Согласно административно-процессуального кодекса Республики Беларусь об администратвиных правонарушениях (далее ПИКоАП) административно арестованным считается физическое лицо, подвергнутое административному взысканию в виде административного арестаи отбывающее его в местах, определяемым органом, ведающим исполнением административных взысканий.

Лицом, в отношении которого ведется административный процесс является физическое или юридическое лицо, в отношении которого судом, органом, ведущим административный процесс, устанавливается виновность в совершении административного правонарушения.

Лицом, подвергнутым административному взысканию, считается физическое или юридическое лицо, в отношении которого вступило в законную силу постановление о наложении административного взыскания (статья 1.4. ПИКоАП).

Административное задержание состоит в фактическом кратковременном ограничении свободы физического лица, в отношении которого ведется административный процесс, за совершение им административного правонарушения, в доставлении его в орган, ведущий административный процесс, и содержании в данном органе.

Административное задержание физического лица применяется в целях:
1) пресечения противоправной деятельности;
2) составления протокола об административном правонарушении, если составление его на месте выявления (совершения) административного правонарушения не представляется возможным;
3) установления личности;
4) обеспечения участия при рассмотрении дела об административном правонарушении;   
5) пресечения сокрытия или уничтожения доказательств;
6) обеспечения исполнения административного взыскания в виде административного ареста или депортации.

Физическое лицо, в отношении которого применено административное задержание, срок которого длится свыше трех часов, содержится в местах, определяемых органами, ведущими административный процесс (статья 8.2. ПИКоАП).

Административное задержание физического лица, в отношении которого ведется административный процесс, может длиться не более трех часов. На срок свыше трех часов, но не более чем на семьдесят два часа могут быть задержаны, в том числе и физическое лицо, совершившее административное правонарушение, за которое в качестве административного взыскания предусмотрены административный арест, депортация (статья 8.4. ПИКоАП).

Таким образом, нормы ПИКоАП дают определения «административно арестованным» лицам, лицам, «в отношении которых ведется администратвиный процесс» и лицам, «подвергнутым административному взысканию». Соответственно, физические лица, задержанные в административном порядке, имеют статус лиц «в отношении которых ведется администратвиный процесс» до тех пор, пока их статус не изменится на статус лиц «подвергнутых административному взысканию». Буквальный анализ данной нормы позволяет выделить следующие противоречия (правовые коллизии).

Первое, административное задержание физического лица является правом, а не обязанностью органа, ведущего административный процесс, соответственно, норма закона «могут быть задержаны» в каждом конкретном случае может толковаться и толкуется по-разному, зачастую исходя лишь только из субъективного мнения сотрудника милиции.

Считаю, любое административное задержание физического лица должно преследовать одну из законных целей, установленных пунктами 1-6 (статья 8.2. ПИКоАП), а после достижений этих целей физическое лицо должно быть немедленно отпущено на свободу.

Второе, норма закона «физическое лицо, совершившее правонарушение» не имеет легального толкования законодателя. Однако, исходя из общих начал (принципов) и смысла законодательства (аналогия права) данный термин следует понимать как статус лица «подвергнутого административному взысканию», что на практике должно означать доказанность вины физического лица в совершении правонарушения, в отношении которого вступило в законную силу постановление о наложении административного взыскания. Здесь уместно также добавить, что статья 8.4. ПИКоАП в части содержания термина «лицо, совершившее административное правонарушение» вступает в противоречие с презумпцией невиновности физического лица, установленной статьей 2.7. ПИКоАП.

Третье, норма закона «за которое в качестве административного взыскания предусмотрены административный арест, депортация» по своему внутреннему содержанию является исключающей по отношению к таким административным взысканиям как предупреждение или штраф. Соответственно, она не может применяться в случаях, когда санкция вменяемой в вину статьи администратвиного кодекса предусматривает альтернативные взыскания (в настоящее время лишь только одна статья административного кодекса не предусматривает иного кроме ареста альтернативного взыскания (статья 9.27. Уклонение родителей от трудоустройства по судебному постановлению), оставшиеся 17 статей, предусматривающие административный арест содержат альтернативные взыскания).

В качестве примера, исключающего двойное толкование можно привести нормы Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях в части сроков административного задержания (статья 27.5. Сроки административного задержания).

Срок административного задержания не должен превышать три часа, за исключением случаев, предусмотренных частями 2 и 3 настоящей статьи.   
Лицо, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, посягающем на установленный режим Государственной границы Российской Федерации и порядок пребывания на территории Российской Федерации, об административном правонарушении, совершенном во внутренних морских водах, в территориальном море, на континентальном шельфе, в исключительной экономической зоне Российской Федерации, или о нарушении таможенных правил, в случае необходимости для установления личности или для выяснения обстоятельств административного правонарушения может быть подвергнуто административному задержанию на срок не более 48 часов.

Лицо, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, влекущем в качестве одной из мер административного наказания административный арест, может быть подвергнуто административному задержанию на срок не более 48 часов.

Как видим, в Российской Федерации норма административного законодательства, регулирующая порядок и основания для административного задержания физического лица изложена более корректно, не допуская двусмысленного толкования. В отличие от национального административного законодательства, в Российской Федерации термин «физическое лицо, совершившее правонарушение» установлен как «лицо, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении», а термин «за которое в качестве административного взыскания предусмотрены административный арест, депортация» установлен как «влекущем в качестве одной из мер административного наказания административный арест».

Конституционный Суд РФ в постановлении от 16 июня 2009 г. N 9-П указал, что предусмотренное частью 3 статьи 27.5 КоАП Российской Федерации административное задержание на срок не более 48 часов, которое применяется только по делам о правонарушениях, за совершение которых в виде наказания может быть назначен административный арест (на срок до 15 или до 30 суток), не будучи арестом как мерой административного наказания, тем не менее представляет собой лишение свободы в смысле статьи 22 Конституции Российской Федерации и подпункта "с" пункта 1 статьи 5 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, поскольку положение лица, к которому применяется такое административное задержание в качестве меры обеспечения производства по делу об административном правонарушении, связано с принудительным пребыванием в ограниченном пространстве, временной изоляцией от общества, прекращением выполнения служебных обязанностей, с невозможностью свободного передвижения и общения с другими лицами.

Считаю, что существующие коллизии административно-процессуального законодательства Республики Беларусь на практике приводят к нарушению права каждого административно задержанного на свободу и личную неприкосновенность. По этим вопросам мы начали проводить практичекую работу, доводя случаи административных внесудебных задержаний до Генеральной прокуратуры, Верховного и Конституционного судов. После получения толкования мы намерены также обратиться к заинтересованным субъектам для устранения существующих правовых коллизий, а также изменение сложившейся административной практики, ведущей к нарушению права на свободу и личную неприкосновенность в Республике Беларусь.

 

Новые статьи

Закономерности голосования на избиратель…

31-10-2016 Просмотров: 271

Закономерности голосования на избирательных округах Гомельской области

Четвертые подряд парламентские выборы в Гомельской области заканчиваются полной абсолютной победой «провластных» кандидатов. Тем не менее, нельзя не заметить некоторые изменения в результатах голосования. «Стратегическая мысль» оценила, как изменяется уровень...

Новости организации

Издания